Переломный зерновой 2016-й

 Игорь Павенский, заместитель директора департамента стратегического маркетинга и корпоративных коммуникаций ЗАО «Русагротранс»

 

Всем известно, что для зерновиков года несколько отличаются от календарных, если не сказать, что совсем не похожи на них. Жизненный цикл рынка начинается в июле со сбором урожая и завершается в июне. Соответственно, и два полугодия, первое и второе 2016 года, отличались друг от друга. И в этот раз принципиально. Первое полугодие 2016 года радовало нас рекордными весенними отгрузками, такими же рекордными ценами на внутреннем рынке, и даже имевшая место существенная девальвация была очень на руку экспортерам.

Ожидания от второй половины года были еще более обнадеживающими. К маю стало понятно, что мы идем на рекордный урожай, правда, тогда никто вообразить не мог, что он перевалит за 119 млн т, а валовой сбор пшеницы достигнет «рекорда рекордов» в 73,3 млн т.

К сожалению, ни физические валовые рекорды, ни обнуление пошлины не привели к тому, чтобы ожидания сбылись.

Все участники зернового рынка знают прописную истину: ни один последующий зерновой сезон не похож на предыдущие. За 14 лет моей трудовой деятельности на зерновом рынке сезон 2016/17, который начался в июле, был самым нехарактерным и самым (я полагаю, большинство экспертов рынка со мной согласится) малопрогнозируемым.

Несмотря на дважды повторившийся провал экспортных цен в августе и сентябре до самого низкого с 2009 года уровня в 165 USD/т FOB и резкое укрепление рубля в текущем сезоне с перерывом в октябре, цены внутреннего рынка отреагировали несопоставимо меньшим снижением, а в августе и вовсе начали расти. Впервые не произошло единовременного сброса зерна со стороны производителей, даже несмотря на производственные рекорды. Основных причин я вижу тому три:

1. Высокие цены внутри страны в последние два сезона привели сельхозпроизводителей к обретению большей финансовой устойчивости и отсутствию необходимости в скорой реализации зерна. Более того, психологически держателям зерна было очень сложно после уровней в 10-12 тыс. рублей за продовольственную пшеницу согласиться на реализацию на 2-3 тыс. рублей ниже, для того, чтобы компании-экспортеры могли получать мало-мальски приемлемую доходность от экспорта.

2. Процесс активного строительства мощностей по хранению, который начинался еще в конце 2000-х, подошел к критической точке: их стало достаточно для размещения собственного зерна на более-менее длительный период, в особенности в главном экспортном регионе – на Северном Кавказе.

3. Резко снизилось качество пшеницы, что всегда сопровождает рекордные урожаи. Так, доля пшеницы 3 класса снизилась, по предварительным расчетам, сразу до 22% от традиционных 35-40%, и несмотря на рост валового сбора в целом, объем пшеницы 3 класса в абсолютном выражении оказался также существенно ниже – около 16 млн т против обычных в последние годы 19-21 млн т. Даже в 2008 году, когда зерновой рынок столкнулся с такой же проблемой, доля пшеницы 3 класса была на уровне 26%, а ее валовой сбор на уровне 16,6 млн т. Существенная доля пшеницы в центральных регионах и вовсе оказалась пророщенной и автоматически перешла в разряд фуражной.

Правда, надо признать, что рекордного уровня достигли доля и объем пшеницы 4 класса, составившие более 50% и около 37 млн т. соответственно.

В результате при увеличении валового сбора пшеницы в 2016 году на 11,5 млн т в июле-декабре 2016 года ее экспорт составил 16,06 млн т (в 2015 – 16,3 млн т).

В целом вывоз зерна в первой половине сезона 2016/17 составил 20,58 млн т против 21,5 млн т год назад. Ситуацию несколько вытянула кукуруза, которой на фоне рекордного урожая вывезли в 1,4 раза больше, при обрушении поставок ячменя за рубеж почти в 2 раза, что является парадоксальным результатом ввиду наличия небольшого прироста в валовом сборе ячменя в 2016 году по отношению к 2015 году.

При этом в разрезе портов и погранпереходов экспорт зерна удалось увеличить лишь через малые порты Азово-Черноморского бассейна, которые как никогда активно вывозили на рейдовую перевалку в Керченском проливе, тогда как поставки через ряд глубоководных портов существенно просели, включая рейдовую перевалку в порту Кавказ. Также это коснулось балтийского направления, портов Каспия (из-за запрета на ввоз пшеницы в Иран), небольшое снижение было отмечено даже в поставках на Азербайджан.

В результате на 1 декабря 2016 года в стране сформировались запасы зерна в 45 млн т, что является самым высоким показателем для этого месяца с декабря 2009 года, когда они составили 49,4 млн т. Однако надо учесть, что в 2009 году крайне значительный объем, около 9,5 млн т, находился вне свободного рынка – в интервенционном фонде, что в 2,4 раза превышает текущий уровень, составляющий оценочно 4 млн т.

Запасы пшеницы, судя по статистике, составляют около 29 млн т против 24 млн т в 2015 году, что, скорее всего, превышает даже 2009 год.

Таким образом, мы получили ситуацию с относительно умеренным экспортом зерна в целом, рекордными рыночными запасами, относительно высокими внутренними ценами и отсутствием перспектив для роста экспортной цены на мировом рынке в ближайшие месяцы ввиду рекордного производства и запасов, а также выхода на рынок с хорошим урожаями Аргентины и Австралии.

Традиционно в первой половине сезона вывозится около 65-70% от всего экспорта за сезон. Экспортный потенциал России в сезоне 2016/17 составляет не менее 40 млн т, а для выхода на запасы, которые в конце сезона не будут чрезмерными, он может составить и 43 млн т. Таким образом, доля первой половины сезона – не выше 50% от возможного экспорта, и, возможно, в последующие годы мы также будем сталкиваться с тем, что сезонность реализации зерна сельхозпроизводителями будет гораздо менее пиковой, чем обычно.

С учетом того, что, начиная с марта, рынок начинает ориентироваться на цены нового урожая, а спрос со стороны стран-импортеров традиционно снижается, в январе-июне 2017 года предстоит вывезти еще 20 млн т, что будет крайне затруднительно. Кроме этого, на протяжении января-марта отгрузки по малой воде существенно падают ввиду ухудшения погодных условий, а глубокая вода работает с перебоями, в особенности в текущем году, когда отгрузкам мешают штормовые ветра и низкие температуры.

Если учесть то, что уже вывезено, и экстраполировать ситуацию прошлых лет на текущий сезон, то до июля экспорт зерна может не превысить даже результат сезона 2015/16, когда было вывезено 34 млн т зерна (без учета муки и зернобобовых).

В этих условиях ситуация на зерновом рынке тем или иным способом должна прийти к рыночному балансу внутреннего и мирового рынков, а темпы отгрузок на экспорт в феврале-мае 2017 года – существенно превысить вывоз в аналогичном периоде 2016 года.

В противном случае мы придем к невиданно высоким запасам зерна на уровне более 20 млн т, что в 2 раза превысит данный показатель на конец сезона 2015/16. На фоне рекордной площади под озимыми зерновыми урожая 2017 года и крайне благоприятного их состояния, нависающее над рынком колоссальное предложение зерна в конце сезона будет иметь крайне негативное воздействие на внутренние цены, и, соответственно, инвестиционную привлекательность зерновой отрасли в целом. Надеюсь, что все-таки этого не произойдет, и начавшееся в последние годы устойчивое движение вперед продолжится.

 

Источник: «Аграрное обозрение»