Мясное скотоводство: проблемы, решения, снова проблемы

Автор: Александр Акулиничев

Молочное животноводство России в последние десять лето совершило существенный рывок вперед после провала 1990–2000-х. На уверенном подъеме — птицеводство, причем растут и такие нишевые сегменты, как производство индюшатины, утиного мяса и др. А вот в производстве мяса КРС ситуация намного запутаннее и неоднозначнее. «Рынок АПК» разбирается по пунктам, что к чему в этой огромной и исключительно важной подотрасли.

 

Инфраструктура: камень преткновения

В мясной отрасли мало современной инфраструктуры — почти все, что действует сейчас, это или рудименты с советских времен, или достижения новых сверхгигантов сельскохозяйственного рынка. Заканчивается уже 2019 год, почти 30 лет как распался Советский Союз, а в отрасли нет ни объединенной логистической структуры, ни стандартов на качественную говядину, ни структурированного рынка по продаже скота. А про прилив новых молодых кадров даже говорить нечего — выпускники профильных вузов не едут на село и не хотят связывать себя с кризисной сферой. Но это беда не только мясной отрасли: от аналогичных проблем страдают решительно все вовлеченные в АПК — спросите любого руководителя хозяйства, как у него дела с 25-летними агрономами, например.

Кроме того, государство до сих пор не предложило четких правил игры, которым подчинялись бы все игроки. Надзорные органы часто вольно интерпретируют правила и подгоняют их под себя как им удобно, превращая любую проверку в лотерею с отрицательным выигрышем и источник стресса для животновода — и такая непредсказуемость мешает развитию как крупных хозяйств, так и небольших ферм.

В начале 2010-х годов правительство заявило об инвестициях в мясное животноводство, налаживание сбыта продукции и развитие племенного дела, однако вложенные средства были очень далеки от необходимого: так, 30 млрд руб., выделенных в 2011 и 2012 гг., а затем 50–70 млрд руб. в 2013–2015 гг., были попросту «размазаны» между десятками производителей и не никак не поспособствовали развитию инфраструктуры. Не говоря уже о племенном деле, которое требует и куда больших сумм, и куда более длительных инвестиций.

По данным Национального союза производителей говядины, технологическое оснащение отрасли крайне неравномерно, и создание современной инфраструктуры завершено только в одном, наиболее капиталоемком сегменте — переработке мяса. При этом развитие этого сегмента идет опережающими темпами: дефицит молодняка КРС на 2018 г. составлял в России порядка 370 тыс. голов. Логично, что в этих условиях не случилось и такого желанного правительством страны импортозамещения: импорт говядины остается на довольно высоком уровне (от 19 до 38%, по разным подсчетам за последние три года).

 

Не то, что нынешнее племя

Программа по развитию мясного скотоводства, стартовавшая более 10 лет назад, привела как минимум к одному кардинальному изменению в подотрасли. На протяжении 1990–2000-х гг. фермеры и крупные хозяйства экспериментировали с такими породами, как Лимузин, Шароле, Герефорд — и опыты эти уходили в небытие так же быстро, как уходит в прошлое мода на тот или иной фасон одежды. Однако в 2010-е гг. лидерство в мясном сегменте российского АПК прочно заняла абердин-ангусская порода коров.

Выведенная в Шотландии еще в ХIХ в., порода эта распространилась по всему свету благодаря своей исключительной неприхотливости. Прежде всего, не чувствительны эти животные к перепадам температур — а это позволяет российским фермерам обходиться без капитальных коровников и содержать коров вместе с телятами на открытом воздухе чуть ли не с марта по декабрь. А то и дольше — в южных регионах.

Первопроходцем в разведении абердин-ангусов стало сельхозпредприятие «Спутник» Всеволожского района Ленинградской области. В 2005 г. там появились первые животные этой породы, вскоре СПК уже получило статус племенного репродуктора, а затем — племзавода. В племенных быках-производителях, выращенных под Всеволожском, заинтересованы сегодня фермеры и агрохолдинги как Северо-Запада, так и Центральной России. Причем «улучшательный» потенциал абердин-ангуссов годится не только для мясного скотоводства, но и для молочных хозяйств, где при скрещивании разрабатываются новые линии мясо-молочного скота — так называемые помесные животные. Такая универсальность исключительно полезна в условиях череды экономических кризисов (2008, 2014 гг.), когда любая лишняя трата и любая попытка диверсификации производства оборачивается серьезными последствиями.

Во многом благодаря распространению этой породы в России фантастическими (без преувеличения!) темпами выросло поголовье мясного и помесного крупного рогатого скота на убой. По сравнению с 2005 г., когда абердин-ангусы только пришли в нашу страну, его количество увеличилось в 11,3 раза! На конец 2017 г. оно достигало 3,8 млн голов. По прогнозу Минсельхоза РФ, в 2020 г. эта цифра превысит 4 млн голов — против 377 тыс. 15 лет назад! Казалось бы, есть чему порадоваться.

 

Промежуточные варианты — не вариант?

Проблема в том, что по-прежнему около 87% общего поголовья КРС составляют молочные породы, и именно с ними фермеры, хозяйства и агрокомплексы вынуждены работать прежде всего, чтобы обеспечить необходимые стране объемы говядины. Раньше, в советские времена, при хорошем содержании и правильном откорме молочная порода прекрасно справлялась и с «мясной» функцией: откорм КРС черно-пестрой породы был достаточно распространенной историей. Но теперь предприятий, умеющих работать в таком режиме (а точнее, обладающих для этого достаточным ресурсом), осталось предельно мало — пересчитать их можно буквально по пальцам.

Существуют европейские технологии откорма, позволяющие из молодняка молочных пород производить белую и розовую телятину. Для «белой» телятины молодняк выкармливают молоком на протяжении 7–8 месяцев. Для «розовой» — сначала молоком, а затем согласно комплексной кормовой программе, включающей кукурузу, шрот, силос. Кроме того, существует понятие «молодая говядина» — его используют, говоря о чем-то среднем между теленком и молодым бычком. На производство такого вида мяса нужно около года. Каждый из этих «промежуточных», экспериментальных вариантов опробовали крупные агрокомплексы — однако без государственного субсидирования капитальных затрат реализовать такие идеи трудно даже гигантам вроде «Мираторга». Минсельхоз обещает льготы и субсидии всем производителям, которые решатся строить откормочные комплексы на 240 голов и больше — нетрудно предположить, что госденьги снова достанутся лишь самым богатым.

В развитых странах прямые государственные субсидии производителям призваны в первую очередь не стимулировать производство, а поддерживать уровень доходов производителя. А еще — обеспечивать осуществление структурной, социальной и региональной политики, не связанной непосредственно с производством, но обеспечивающей улучшение качества жизни. Чтобы решить фундаментальную проблему мясного скотоводства — невозможность специализироваться на этой деятельности из-за дороговизны, вызванной потрясающими инфраструктурными издержками, — нужно в корне пересмотреть саму систему господдержки. По крайней мере, об этом уже как минимум три года твердят в Национальном союзе производителей говядины.

Какие же способы поддержки лучше скажутся на отрасли, нежели принятое сейчас стимулирование производства? Льготные кредиты; сниженные налоги; инфраструктурные инвестиции (например, компенсации за строительство дороги или проведение электричества к удаленной ферме); помощь в научно-исследовательской и опытно-конструкторских работах (НИОКР). Нужно понимать, что сельское хозяйство (и мясное скотоводство как частный пример) не сможет выйти на сколь-нибудь заметную прибыльность без поддержки со стороны государства на нынешнем уровне: по данным Минсельхоза, уровень поддержки АПК от общего бюджета страны составляет 2%, тогда как в ведущих странах (США, Франция, Германии и др.) он достигает 20%, а иногда даже и 30%. При разработке следующей программы развития мясного скотоводства правительству не обойтись без этой информации.

 

Премиум в плюсе

Есть по крайней мере один сегмент мясного скотоводства, в котором наблюдается и положительная динамика, и возможность потенциального заработка даже для небольшого производителя. Это — говядина премиум-класса. Интерес к высококачественному мясу из России сильно возрос на фоне падения курса рубля в 2014 г., и продолжает расти по сей день — можно сказать, что нет сегодня такого ресторатора, который не мечтал бы приобрести блэк-ангуса в России, не тратясь на аргентинского или австралийского поставщика.

Как отмечает Национальная мясная ассоциация, доля качественной говядины, произведенной от мясного и помесного скота (то есть подлинно качественной, если говорить о кристальной чистоте этого термина), с 2008 по 2018 гг. выросла в 8,5 раз: с 2% до 17%.

Говядина на внутреннем рынке России, по сути, разделилась на высококачественную и обычную потребительскую. Если первая продается целенаправленно в рестораны и специализированные производственные комплексы, то вторая — на обычных рынках. Однако, как подчеркивает коммерческий директор информационно-аналитического агентства «ИМИТ» Любовь Савкина, за биобезопасность во втором случае отвечает сам производитель, а очень часто это КФХ или даже ЛПХ. Такую продукцию, скорее всего, не возьмет сегмент общественного питания и гостиничного хозяйства; не возьмет ее и торговая сеть, поскольку она подчиняется жестко регламентированным правилам закупаемой продукции.

Но если небольшому фермеру или сельхозпредприятию удастся создать специализированное производство высококачественной говядины и либо брендировать его самостоятельно, либо поставлять уже известному бренду (который в данном случае будет служить гарантом биобезопасности), то перед таким скромным по размеру производителем откроется рынок, где спрос растет изо дня в день и где можно наладить бесперебойный процесс поставок на годы вперед.

Сейчас, благодаря буму стейк-хаусов и бургерных в крупных и даже средних городах, говядина наконец-то достигла того уровня цен, который позволяет эффективным производителям хотя бы работать не в убыток себе. С весны 2019 г. цена 1 кг мяса быков в полутушках достигла отметки в 250 руб., и это принципиальный момент безубыточности, особенно на фоне падения цен до 220 руб./кг годом ранее.

Правда, высокорентабельным мясное скотоводство по-прежнему назвать нельзя, поскольку инвестиции возвращаются в самом лучшем случае за 11–12 лет. Именно это — ключевое препятствие для развития отрасли: в результате производством первоклассной говядины чаще всего занимаются те, у кого уже есть успешный бизнес и они могут позволить себе известный уровень риска. Приходят сюда лишь самые смелые, но у них есть шанс оторвать от пока еще целого пирога достаточно большой кусок — если все сделать правильно на этапе планирования, получить от государства субсидию на инфраструктуру, грамотно брендировать продукцию и найти рынок сбыта. Очевидно, что такое дело не делается в одиночку — а потому всякому, кто приходит в мясное скотоводство в нынешних условиях, необходимо начинать с создания команды профессионалов разного толка. И далеко не все профессионалы здесь должны быть аграриями.

 

Справка

Роман Костюк, глава Национального союза производителей говядины (НСПГ):

— Откорм КРС подразумевает длинные инвестиции. Если у компании есть возможность получить льготный кредит от банка за 1,5–2%, то срок окупаемости будет составлять примерно 7–8 лет, если кредит под 5% и выше, то деньги удастся вернуть не раньше, чем через 10–15 лет. При этом с учетом действующих цен на живой скот окупить инвестиции можно только при мощности производства от 140 до 200 голов.

Поделиться
 
 
Заявка на спрос
Настоящее Пользовательское соглашение регулирует отношения между Администрацией сайта (Администрация) и Пользователем сайта www.rynok-apk.ru (Рынок АПК), на указанных в Пользовательском соглашении условиях.
Принятием данного предложения Администрации в адрес Пользователя о заключении договора оферты является совершение Пользователем действий, направленных на использование сайта Рынок АПК.
Независимо от факта регистрации или авторизации Пользователя на сайте Рынок АПК, означает согласие Пользователя с настоящим Пользовательским соглашением.
Пользователю необходимо внимательно ознакомиться с условиями настоящего соглашения, которое рассматривается Администрацией как публичная оферта в соответствии со ст. 437 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Настоящая Оферта считается акцептованной Пользователем, а Договор между Администрацией и Пользователем заключенным, с момента использования Пользователем услуг сайта.
Договор может быть заключен только с Пользователем, являющимся дееспособным физическим лицом либо юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, возраст Пользователя 16+.
Пользовательское соглашение может быть изменено Администрацией в любое время без какого-либо специального уведомления об этом Пользователя. Новая редакция Пользовательского соглашения вступает в силу с момента ее размещения на сайте Рынок АПК.
Использование сайта после вступления в силу новой редакции Пользовательского соглашения означает согласие с ней Пользователя.

Пользовательское соглашение